Жемчужина Волги (Стр. 6)


26/02/2014 Просмотров: 5721

Жемчужина Волги (Стр. 6) Полотняная фабрика купцов Частухиных, существующая здесь более 40 лет, есть значительное заведение по своему производству, В ней работают фламское полотно, равендук, скатерти, салфетки и канифасы разного рода. В зимнее время ежедневно бывает на ней рабочего народа до двухсот человек. Но большей частью пряжа с фабрики раздается по окрестным деревням, в которых крестьяне много занимаются тканьем фабричных изделий.
Здесь есть очень хорошо выстроенные дома, и во многих из них стены комнат кажутся с первого взгляда сделанными как бы под мрамор. Но в этот вид они приведены грунтовкою, по которой покрыты масляными красками. Полы обиты войлоками, на которые натянут холст, также выкрашенный красками на масле. Сверх мягкости своей они имеют то удобство, что их легко содержать в чистоте».
Во второй половине XVIII века заметно усилилось промышленное значение села Иванова, города Шуи и других населенных пунктов, где быстро возникали мануфактуры. Из года в год возрастало число наемных рабочих. Отдельные разбогатевшие предприниматели стали даже покупать себе крепостных для работы на станках.
Численность промышленных рабочих увеличивалась. Хлеба, выращиваемого в местных деревнях, не стало хватать. Зерно начали доставлять из южных областей. Для этого самым удобным и выгодным путем служила, конечно, Волга.
К концу XVIII в. Плёс слыл как известная пристань. Она была, как писали братья Чернецовы, «прекрасно устроена самой природой». Каменная гряда, уходившая в Волгу, имела твердое основание, что создавало удобства для работы, тем более что «весь берег очень вязок от струй ключей, выходящих из горы, но это место не имеет сего неудобства».
Пристань имела два причала: один—для хлебных грузов, другой — для перевалки сырья на текстильные фабрики и отправки готового товара.
Пульс большинства волжских городов точно соответствовал сезонному характеру судоходства. Жизнь в городах пробуждалась и бурлила весной. Население городов увеличивалось в несколько раз за счет притока бурлаков, рабочих, крючников и замирало в зимний период. Промышленность имелась не в каждом городе и была представлена мелкими кустарными предприятиями.
Отражение слабого уровня развития промышленности волжских городов того времени мы видим в численности их населения. Наиболее крупными были Казань, Саратов, Астрахань, Ярославль и Нижний Новгород, однако в каждом было не более 50 тысяч жителей, а такие города, как Самара и Царицын, имели население всего около 10.тысяч жителей.
Предприимчивые купцы энергично занялись торговлей хлебом. Наиболее состоятельные из них обзавелись собственными судами, направляя их в понизовые губернии. Там дешево закупали зерно и гнали вверх; часть оставляли в Плёсе, часть отправляли дальше — в Рыбинск.
Главным «механизмом», выполнявшим все работы на хлебном причале, был грузчик с «козой». С пристани зерно на лошадях вывозилось в склады, располагавшиеся на главном въезде в город и по берегу Шохонки. Здесь стояли водяные мельницы. В нагорной части, в поле, безостановочно махали крыльями ветряки — тоже мололи зерно.
В XIX в. в связи с усиленным развитием судоходства на Волге торговля стала главным занятием Плёса.
Купцы действовали оборотисто, обеспечивая нужды своего города и — еще больше — развивающегося текстильного Иваново-Шуйского района. По данным 1857 года, восемь состоятельных торговцев имели для перевозки хлеба собственные баржи водоизмещением 12— 28 тысяч пудов каждая. Это были парусные суда, при безветренной погоде их вели артели бурлаков. На проводку каждого такого судна ставилось от 25 до 40 человек.
Бурлачество возникло в начале XVIII века, в период зарождения оживленной торговли с югом и появления на Волге крупных судов. Оно было единственной до развития парового судоходства, т. е. до середины XIX века, «тягловой силой».
Часть бурлаков состояла из крестьян Приволжья, которых на эту изнурительную работу гнали нужда, малоземелье, плохие урожаи. Другая часть — это всякого рода бездомные люди. Отсюда и пошло само название: бурлак— искаженное татарское слово «буйдак», т. е. бездомный.
То под палящим солнцем, то в ненастье, пронизываемые ветром, брели и брели они по пескам и по болотистым луговинам вдоль великой реки, тянули суда с грузами. У высоких крутояров шли прямо по воде, вплавь переправлялись через боковые протоки. Скорость движения против течения составляла примерно 30 верст в сутки. Шли обычно под заунывную песню, звучавшую в ритм медленному шагу...
Выдь на Волгу: чей стон раздается
Над великою русской рекой?
Этот стон у нас песней зовется —
То бурлаки идут бечевой.
Эти стихи Некрасова знала вся тогдашняя Россия.



Статья: Жемчужина Волги (Стр. 6)
Автор: Публикатор
Оценка статьи: ОтвратительноУжасноПлохоСреднеХорошоПохвальноОтличноПревосходноПрекрасноВеликолепно! [Голосов: 8]
Мнение[Ваше мнение]



  • [Вернуться]
  • 1 2 3 4 5 [ 6 ] 7 8

    © BS, 2011